Многозадачность: почему мозг ей не обучается

«Я хорошо умею работать в многозадачности» — фраза, которую часто говорят о себе, но которую когнитивная психология проверяла десятки раз и почти всегда опровергала. Дело не в силе воли и не в тренированности: у многозадачности в буквальном, параллельном смысле есть жёсткое архитектурное ограничение самого мозга, и практика эту границу не отодвигает, а в лучшем случае немного ускоряет то, что происходит внутри неё.

Проще всего разница видна в одном определении. Параллельная обработка — это когда две задачи выполняются одновременно, независимо друг от друга, без потери качества любой из них. Именно так работают некоторые автоматические процессы низкого уровня — например, дыхание одновременно с ходьбой. То, что обычно называют «многозадачностью» за компьютером — писать код и одновременно отвечать в мессенджере, слушать созвон и одновременно читать письмо, — почти никогда не параллельная обработка в этом строгом смысле, а быстрое переключение между задачами: мозг на короткое время полностью уходит в одну задачу, затем полностью в другую, и так по кругу. Субъективно чередование ощущается как одновременность, потому что переключения происходят за доли секунды — но это иллюзия скорости, а не свидетельство параллельности.

Оглавление

• Чем параллельная обработка отличается от быстрого переключения
• Почему переключение всегда стоит времени
• Почему тренировка многозадачности не работает так, как кажется
• Таблица: ощущение многозадачности против реальности мозга
• Что это значит для повседневной работы
• Как проверить это на себе
• Частые вопросы

Чем параллельная обработка отличается от быстрого переключения

У мозга есть очень небольшое число ресурсов, которые нужны почти для любой сознательной, требующей внимания задачи: рабочая память, где удерживаются цель и промежуточное состояние задачи, и механизм произвольного внимания, который решает, на чём именно сосредоточиться прямо сейчас. Оба ресурса — общие, а не отдельные для каждой задачи. Когда две задачи требуют осознанного внимания одновременно (не одна автоматическая и одна сознательная, а обе сознательные — например, писать содержательный текст и одновременно вести содержательный разговор), они неизбежно начинают конкурировать за одни и те же ресурсы, и мозг разрешает конкуренцию единственным доступным способом — по очереди.

Именно поэтому за пределами простых, доведённых до автоматизма пар действий (идти и жевать жвачку, слушать музыку и мыть посуду) настоящей параллельной обработки двух содержательных задач у человека, по сути, не бывает. То, что выглядит как многозадачность в работе за компьютером — набор кода, переписка, чтение документа, участие в звонке — это всегда последовательность полных переключений фокуса, просто выполненная достаточно быстро, чтобы со стороны и для самого человека казаться слитным потоком.

Почему переключение всегда стоит времени

Переключение между задачами — это не щелчок тумблера, а перестройка. У задачи есть то, что в когнитивной психологии называют task set — рабочая конфигурация: какая цель сейчас активна, какие правила действуют, что уже сделано и что осталось. Чтобы перейти к другой задаче, старую конфигурацию нужно выгрузить, а новую — загрузить и активировать, и это требует времени и внимания сверх того, что уходит непосредственно на саму задачу.

Одно из самых цитируемых и многократно воспроизведённых подтверждений — лабораторная работа Джошуа Рубинштейна, Дэвида Мейера и Джеффри Эванса «Executive Control of Cognitive Processes in Task Switching» (Journal of Experimental Psychology: Human Perception and Performance, 2001). Участников просили выполнять чередующиеся простые задачи и измеряли время реакции на каждую. Результат устойчиво повторялся в разных вариантах эксперимента: переход к новому набору правил всегда стоит времени, даже когда обе задачи предельно просты и человек заранее знает, что будет переключение. Этот эффект получил название switch cost — цена переключения, — и последующий обзорный анализ Стивена Монселла «Task switching» (Trends in Cognitive Sciences, 2003), обобщивший десятки похожих экспериментов разных лабораторий, подтвердил: эффект воспроизводится настолько стабильно, что его можно считать одной из самых надёжных находок в этой области психологии внимания.

Важная деталь того же корпуса исследований — цена переключения не постоянна, она растёт вместе со сложностью и новизной задачи, на которую переключаются. Переход между двумя простыми, многократно повторёнными действиями стоит дёшево; переход к задаче, которую нужно сначала «вспомнить» — восстановить в памяти её правила и то, на чём человек остановился, — стоит заметно дороже. С этим же связан и второй эффект, описанный Софи Леруа в статье «Why is it so hard to do my work? The challenge of attention residue when switching between work tasks» (Organizational Behavior and Human Decision Processes, 2009): часть внимания остаётся привязанной к прежней, особенно незавершённой задаче даже после того, как человек формально уже занят следующей, — и это дополнительно замедляет и ухудшает работу над новой задачей, помимо самой перестройки task set.

Почему тренировка многозадачности не работает так, как кажется

Раз переключение — механический процесс мозга, а не привычка, логично спросить: нельзя ли натренировать сам этот механизм, чтобы переключаться быстрее и без потерь? Практика действительно немного ускоряет саму операцию переключения между конкретной, хорошо знакомой парой задач — так же, как тренировка ускоряет любое повторяющееся действие. Но это не то же самое, что устранение цены переключения в целом, и уж тем более не общий навык «многозадачности», переносимый на любые новые пары задач.

Одно из самых известных исследований на эту тему — работа Эяля Офира, Клиффорда Насса и Энтони Вагнера из Стэнфорда «Cognitive control in media multitaskers» (PNAS, 2009). Исследователи сравнили людей, которые в повседневной жизни постоянно совмещают несколько источников информации (несколько окон, каналов, устройств одновременно), с теми, кто делает это редко. Логичным было бы ожидание, что у первой группы за счёт постоянной практики переключение получается лучше. Результат оказался обратным: интенсивные «медиа-многозадачники» хуже отфильтровывали нерелевантную информацию и хуже справлялись именно с задачами на переключение внимания по сравнению с теми, кто многозадачность практикует редко, — при этом сами испытуемые из первой группы были склонны считать себя особенно хорошими именно в многозадачности. Иначе говоря, много практики в переключении контекста само по себе не гарантирует, что оно даётся легче, а иногда сопровождается противоположной картиной.

Есть и настоящее исключение, которое стоит упомянуть честно, потому что оно часто используется как контраргумент. Дэвид Стрейер и Джейсон Уотсон из университета Юты в исследовании «Supertaskers: Profiles in extraordinary multitasking ability» (Psychonomic Bulletin & Review, 2010) обнаружили в выборке испытуемых очень небольшую группу людей, у которых выполнение двух задач одновременно почти не приводило к падению качества ни одной из них — их назвали supertaskers. Но важно, что это не результат тренировки: авторы описывают редкую индивидуальную особенность небольшой части людей, а не навык, который можно наработать практикой, и подавляющее большинство участников их же экспериментов такой способности не демонстрировало вне зависимости от опыта.

Собрав это вместе, честный ответ на вопрос «можно ли научиться многозадачности» выглядит так: практика способна немного ускорить сам акт переключения между хорошо знакомой, многократно повторённой парой задач и снизить число ошибок именно в этой паре — но не устраняет switch cost как явление, не превращает переключение в параллельную обработку и не переносится автоматически на новые, незнакомые сочетания задач. «Многозадачность» как универсальный тренируемый навык, который стабильно работает для любых двух задач у любого человека, экспериментальными данными не подтверждается.

Таблица: ощущение многозадачности против реальности мозга

Что это значит для повседневной работы

Из механики выше следует практический вывод: если задача требует реального сосредоточения, разбивать рабочее время на параллельные потоки — не оптимизация, а способ платить цену переключения чаще, чем нужно. Это не значит, что переключения вообще нужно исключать — для многих ролей частая смена контекста является частью самой работы, а не ошибкой. Но там, где выбор есть, сведение частых переключений к более длинным непрерывным блокам на одну задачу снижает суммарные потери просто потому, что переключений в принципе становится меньше.

Отдельно от механизма самого переключения стоит вопрос, во что оно обходится в минутах и как это вообще посчитать за конкретный рабочий день — подробный разбор с формулой и честной оценкой источников в статье «Переключение контекста: сколько это стоит и как посчитать». А то, как именно распределяются потери времени в течение восьмичасового дня и что с этим можно сделать на практике, разобрано в материале «Потери времени на переключениях».

Косвенный, но удобный индикатор того, насколько раздроблен день, — доля глубокой работы: процент времени, проведённого в непрерывных блоках над одной задачей, а не в чередовании коротких. DevPace фиксирует категорию активности и её длительность в фоне, без содержимого окон и переписки, и на основе одних только смен категории показывает, в какие часы суток переключений обычно больше — устойчивый профиль по часам виден в разделе «Паттерны», «В какое время дня я больше всего отвлекаюсь», где последние 30 дней схлопываются в один усреднённый почасовой график.

Пики на графике обычно совпадают с часами, в которые накладываются друг на друга разные типы задач — например, встречи вперемешку с содержательной работой, — а не с случайным шумом.

Как проверить это на себе

Не обязательно верить исследованиям на слово — разницу между параллельной обработкой и переключением легко почувствовать на простом упражнении, которое обычно используют как демонстрацию на вводных курсах когнитивной психологии.

1. Возьмите лист бумаги и секундомер. Задача первая: последовательно напишите алфавит от А до Й (10 первых букв) и отдельно — цифры от 1 до 10, одно за другим, без чередования. Замерьте время.
2. Теперь тот же объём — но вперемешку. Пишите поочерёдно: буква, цифра, буква, цифра — А, 1, Б, 2, В, 3 и так далее, до того же объёма. Замерьте время ещё раз.
3. Сравните два результата. У подавляющего большинства людей второй вариант — с чередованием — занимает заметно больше времени и содержит больше ошибок или зачёркиваний, хотя объём работы был одинаковым в обоих случаях. Разница и есть цена переключения, ощутимая напрямую, а не в абстрактной цифре из статьи.
4. Перенесите наблюдение на рабочий день. Возьмите один обычный рабочий день и отметьте, сколько раз вы переключались между категориями задач, требующими содержательного внимания (не между содержательной задачей и автоматическим действием). Если есть DevPace — то же самое можно увидеть по «Ленте дня» на странице «Сегодня» и по графику переключений в «Тренде», не полагаясь на память задним числом.
5. Попробуйте сознательно сгруппировать похожие задачи на следующий день — например, всю переписку в один-два блока вместо реакции по мере поступления — и сравните ощущение и результат с обычным днём.

Само упражнение с буквами и цифрами не измеряет точную цену в секундах для вашей работы — оно показывает направление эффекта: чередование объективно дороже последовательного выполнения тех же двух дел, даже когда оба предельно просты.

Частые вопросы

Можно ли научиться многозадачности? Можно натренировать более быстрое переключение между конкретной, хорошо знакомой парой задач — так же, как тренируется любое повторяющееся действие. Но это не устраняет саму цену переключения (switch cost) и не превращается в общий навык, переносимый на любые новые задачи. Настоящее исключение — очень небольшая доля людей с редкой индивидуальной особенностью («supertaskers», Watson & Strayer, 2010), но это не результат тренировки, а нетипичная черта, которую исследователи нашли лишь у малой части испытуемых.

Правда ли, что многозадачность — миф? Миф — не сама многозадачность как переживание, а идея, что мозг при этом действительно делает две сознательные задачи параллельно и без потерь. Механизм, который за этим стоит, — быстрое последовательное переключение внимания, и оно почти всегда стоит времени и точности, даже когда переключения происходят настолько быстро, что субъективно ощущаются как одновременность.

Чем параллельная работа над задачами отличается от переключения внимания? Параллельная работа в строгом смысле — это выполнение двух задач одновременно и независимо, без взаимного влияния на качество; так работают немногие сильно автоматизированные пары действий. Переключение внимания — это последовательный процесс: полный уход из одной задачи, перестройка рабочей конфигурации и полный переход в другую. Подавляющее большинство того, что называют многозадачностью в работе за компьютером, — именно второе, а не первое.

Смотрите также

• Переключение контекста: сколько это стоит и как посчитать
• Потери времени на переключениях
• Глубокая работа

Посмотреть демо

Опубликовано: 6 августа 2026 г.